История христианского погребения

Вы когда-нибудь замечали, что ни на одном христианском кладбище, ни на маленьком сельском, ни даже на самом старом, самом известном, нет могил старше конца восемнадцатого века. ? Разве это не странно?
Вот почему…

Катакомбы и церкви

В начале христианской эры, признавая, что человеческие останки заслуживают достойного обращения, тела умерших в городских центрах, по обычаю, заимствованному с Востока, хоронили в так называемых катакомбах. Пещеры или гроты, соединенные коридорами или специально построенными зданиями, были первоначальными формами кладбищ.

Катакомбы были известны не только в Риме, но и в других городах южной и восточной Европы, северной Африки или Малой Азии. Роль городских кладбищ до 5 века выполняли катакомбы, хотя новые формы захоронений начали формироваться уже в 4 веке. Более того, стоит подчеркнуть, что первые христиане размещали свои некрополи за пределами городов в соответствии с римским законом.


Некрополь в афинском районе Керамика
Некрополь в афинском районе Керамика

После провозглашения Константином Великим в 313 году свободы вероисповедания для христиан, началось строительство и приспособление различных зданий для церковных целей, за которым последовал обычай хоронить верующих в стенах церквей. Желание поместить бренные останки рядом с мощами святых и мучеников, находящихся в каждой церкви, привело к тому, что обычай церковных захоронений распространился довольно быстро.

Церковные кладбища

Однако все имеет свои пределы, поэтому даже захоронение умерших в церквях наталкивалось на основное препятствие — нехватку мест для захоронения. Поэтому было принято решение хоронить в храмах только духовенство, церковных благотворителей, лиц высокого ранга или особо заслуженных людей. Поэтому всех остальных прихожан стали хоронить на площади перед церковью или вокруг нее, обнесенной оградой или стеной. Так были созданы церковные кладбища, напоминанием о которых и по сей день служит термин «кладбище» для обозначения территории вокруг храма. Подобная практика захоронения мертвых, сложившаяся в IV и V веках нашей эры, была распространена в Западной Европе почти до XVIII века. Однако всегда следует помнить, что средневековое кладбище ни в коей мере не походило на современный некрополь.

Средневековое армянское кладбище в Норатусе
Средневековое армянское кладбище в Норатусе

Конец церковных кладбищ — Нантский эдикт

Территориальное расширение поселений и городов и сопутствующий ему рост населения, а также санитарные причины, особенно чувствительные во время частых эпидемий, привели к распространению идеи о том, что тела умерших следует хоронить не только в местах, удаленных от церквей, но и от людских поселений.

Как и любое новшество, попытки реализовать эту идею на практике встретили сильное сопротивление со стороны верующих. Сопротивление было тем сильнее, что оно основывалось на распространенном тогда мнении, что захоронение вне церкви или на кладбище рядом с церковью является в некотором смысле профанацией, оскорбляющей память умерших. Поэтому, несмотря на усилия церковных властей окружить кладбища за городом особой заботой, огородить их стенами и придать им характер священного места, до середины XVIII века кладбища, как их называли, «в поле» или «на поле», были очень редки.

Только знаменитый Нантский эдикт, изданный во Франции в 1777 году, положил конец захоронению мертвых на церковных кладбищах, и давно пора было это сделать. Вскоре Польша первой последовала примеру Франции, а затем и других европейских стран, создав новые кладбища вдали от городских центров. В то время это был важный и фундаментальный шаг в развитии мест захоронения — кладбищ в современном понимании этого слова.

Внегородские кладбища в Европе и Польше

В Польше процесс формирования форм захоронения умерших был похож на западноевропейский, с той лишь разницей, что эти преобразования происходили со значительной временной задержкой. Начало, конечно, было нелегким, поскольку им пришлось не только вводить новые формы погребения умерших, но и разрушать многие предрассудки, которые все еще держались против обычаев или канонов новой веры, с еще сильными языческими традициями.

Этот довольно длительный процесс адаптации был окончательно принят жителями польских земель в конце XVII века. Тогда же люди начали задумываться о более высоких организационных формах в виде городских кладбищ. Стоит отметить, что в некоторых более просвещенных общественных кругах эта идея стала настолько популярной, что с середины 18 века можно с уверенностью сказать, что такие захоронения существовали в Польше.

Следует помнить, что до эпохи Просвещения в нашей стране, и особенно в городских центрах, существовал обычай хоронить умерших на кладбищах, прилегающих к церквям. На самом деле храмы и их подземные склепы были кладбищами, где в специальных нишах прятали трупы высокопоставленных и влиятельных людей. На протяжении веков этот способ захоронения настолько глубоко укоренился в сознании людей, что потребовались очень масштабные усилия, как церковной иерархии, так и государственной администрации, чтобы заставить население следовать рекомендациям хоронить умерших на кладбищах вне городов и поселений.

С годами растущее число захоронений в черте города становилось все более опасным для окружающей среды. Плохие санитарные условия, плохо работающая санитарная служба и загрязнение водозаборов, часто возникающее из-за близкого расположения кладбищ, с годами вызывали все большую тревогу. Поэтому неудивительно, что государственные власти все больше и больше обеспокоены сложившейся ситуацией.

Вскоре многовековой период захоронения умерших католиков в церквях, на прилегающих к ним территориях, в пределах больниц и монастырей, а также в любом другом месте города подошел к концу, поскольку все кладбища других христианских и нехристианских конфессий с самого начала были кладбищами «в поле».

Здесь можно добавить для точности, что в настоящее время церковные правила разрешают только в исключительных случаях хоронить епископов, монахов или монахинь в подземных церковных склепах. Уже в межвоенный период исключением стало захоронение бренных останков Генрика Сенкевича и президента Габриэля Нарутовича в склепах собора Святого Иоанна.